Тот кто откроет дверь спектакль

Содержание
  1. Вечером кто-то пытался открыть дверь в нашей квартире
  2. Тот, кто откроет дверь
  3. «Стояли звери около двери». История гениального эпиграфа к повести Стругацких «Жук в муравейнике»
  4. «Все боялись — он экспериментировал». Что привнес Роман Виктюк в театр
  5. РЕВЕРС | Театр Мюзикла | Кольцов. Дрожжина
  6. Узнал следующее:
  7. Такое отношение впечатлило очень. Нечасто у нас в руководстве крупных театральных институций встретишь такой адекватный подход.
  8. Как вдруг увидел видеоролик !
  9. Эта фраза меня буквально загипнотизировала.
  10. Сказать легко, но как именно сделать так, чтобы не посадили? В ситуации, когда посадить могут любого и за что угодно. И ладно, если еще тебя! Как сделать так, чтобы не посадили людей, в тебя поверивших?
  11. Собственно, я ошибся.
  12. Вы просили сделать так, «чтобы нас не посадили?». Окей, тогда давайте начнем с того, что «сами себя посадим».
  13. Посадить того, кто уже сидит – несколько сложнее.
  14. Выражены все эти попытки индивидуальными для каждого исполнителя акробатическими средствами.
  15. Не знаю насколько это так, но если так, то это резко повышает градус и без того изящных решений режиссеров и выводит их работу на качественно новый уровень.
  16. Для меня, как человека от акробатического и циркового искусства далекого, было крайне важно уловить одно наблюдение:
  17. Слабым местом, на мой субъективный взгляд, является именно маркетинг, заложником которого эта работа стала.
  18. Сюжет в свою очередь довольно незатейливый, временами даже сентиментальный.
  19. Недостаток лично мной выявлен только один.
  20. И еще нюанс.
  21. В целом же:

Вечером кто-то пытался открыть дверь в нашей квартире

Приключилась на днях у меня одна странная история. На часах было уже около 10 часов вечера, можно сказать ночи. Но мы еще не спали.

Живем мы втроём — я, муж и дочь, в обычной пятиэтажке. Дверь в подъезде с обычным кодовым замком, домофона нет. Частенько дверь в подъезде бывает открыта, и может войти любой человек, даже не проживающий в нашем доме.

Каждый из нас занимался своими делами, я работала за компьютером, а муж с дочерью играли в поле чудес.

И тут вдруг я услышала непонятные звуки, доносящиеся из коридора. Сначала я не поняла что услышала, и решила спросить у мужа.

Ты слышал что-нибудь в коридоре? (спросила я)

Мы замолчали на несколько секунд, после чего продолжили заниматься своими делами.

Буквально через минуту, я снова услышала какой-то звук. И на этот раз его услышала не я одна.

Мы резко замолчали и направились к входной двери, чтобы послушать что там происходит.

Подойдя к двери мы услышали как некто вставляет ключ в замочную скважину и пытается открыть нашу дверь.

Такого еще ни разу не было в моей жизни, и мне стало немного не комфортно.

Мы тихо стояли возле двери и слушали как неизвестный нам человек пытается открыть нашу дверь. Это продлилось около 1 минуты.

Посмотрев в дверной глазок я ничего не увидела кроме силуэта, так как было темно, а свет в подъезде тусклый.

Муж хотел открыть дверь, и посмотреть кто там, но я побoялaсь открывать. Мало ли что.

Недолго думая я решила подать голос.

Вы ошиблись дверью! (сказала я)

И в этот момент ключ вытащили из замка. После чего я услышала мужской голос по ту сторону двери.

Да? Ой. Ну извините. (сказал человек за дверью)

Как оказалось, это был сосед с верху(я узнала его по голосу), он перепутал этаж, и пытался открыть нашу дверь вместо своей. Судя по его голосу он был не тpeзв, и видимо не рассмотрел, что это не его квартира.

После этого случая я подумала, что правильно сделала, что подала голос. Если бы он сломал свой ключ в нашем замке во время попыток открыть якобы «свою дверь», это было бы уже не очень смешно.

Так что и такое бывает. Хотя первая мысль была, что кто-то пытается попасть в нашу квартиру с другими целями, а оказалось сосед ошибся.

А у Вас бывали такие случаи в жизни? Что бы Вы подумали в данной ситуации, делитесь в комментариях, будет очень интересно узнать😊

Спасибо за внимание! Хорошего Вам настроения и до новых встреч!

Источник

Тот, кто откроет дверь

Пару дней назад дождливым ноябрьским вечером я пришла на генеральный прогон премьеры спектакля «Уйти или остаться» в Государственный национальный русский театр драмы имени Ч.Айтматова. В полуосвещенном зале никого кроме меня, режиссера, директора и техперсонала не было. Это, однако, не убавило интереса увидеть, что же приготовил казахстанский режиссер Камат Касенов для нашей публики. Ведь в анонсе, распространенном пресс-службой театра, говорилось: «Впервые в нашей республике поставили черную комедию»». Интригует, не правда ли?

В самом деле, автор пьесы Неждана Неда (Надежда Мирошниченко) определила свою работу как «черную комедию для театра национальной трагедии». Действующих лиц в постановке двое: Женщина, она же Вера, 30-32 лет, в исполнении артистки Валентины Гилки, и Девушка, она же Вика, 25-26 лет, в исполнении артистки Веры Анисимовой. Обе из театра «Овал». Вы спросите, что это за театр? Отвечу: это новое творческое объединение, появившееся в стенах Русского театра драмы имени Ч.Айтматова. Как пояснила Вера Анисимова, в его постановках будут задействованы актеры театра, а также свои и приглашенные режиссеры. Работать они будут преимущественно над моноспектаклями, как в эту первую премьеру.

Действие в спектакле «Уйти или остаться» происходит в замкнутом пространстве. Так получилось, что однажды две женщины внезапно проснулись в… морге — и никак не могут из него выбраться. Плюс странные звонки, казалось, неработавшего телефона, пугают их… Женщины трактуют ситуацию слишком кардинально: варианты от потустороннего мира до ядерной войны, от путча до нападения бандитов. Одним словом, за час с хвостиком героини спектакля успевают впасть в отчаяние, дикое веселье, рассориться насмерть и… подружиться до конца жизни, поняв, наконец, друг друга. Они все время говорят, говорят, говорят… И это очень похоже на нашу жизнь. Согласитесь, что бы в нашей жизни ни происходило, нам всегда нужен человек, на кого можно выплеснуть эмоции – негативные, позитивные. В спектакле обнажаются все жизненно важные человеческие ситуации, которые заставляют человека задуматься, как и зачем он живет.

Артистки Валентина Гилка и Вера Анисимова играют очень искренне, эмоционально, их игра захватывает зрителя, несмотря на скучный, в сущности, сюжет. И все-таки тема, раскрываемая в спектакле, близка для человека любого возраста — от подростков до зрелых людей. Пройдя серьезные испытания на грани жизни и смерти, герои спектакля преображаются и находят в себе скрытые силы, чтобы продолжать жить и быть счастливыми.

Каждый зритель найдет в постановке тему, близкую для себя, и не останется равнодушным. А после спектакля найдет, над чем поразмыслить. Дайте себе такую возможность, сходите на премьеру спектакля «Уйти или остаться» в Русском театре драмы имени Ч.Айтматова, которая состоится сегодня и 29 ноября.

Читайте также:  Размеры откосов для входных дверей

Фото предоставлено ГНРТД имени Ч.Айтматова.

Источник

«Стояли звери около двери». История гениального эпиграфа к повести Стругацких «Жук в муравейнике»

Как известно, все гениальное — просто. А самыми большими мастерами простоты являются дети. Наверняка вы сталкивались с неожиданными проявлениями детской гениальности — фразами, стихами, рисунками детей, — которые внезапно поражают своей глубиной. Причем, ребенок и не осознает, насколько гениальную вещь он придумал.

Вот что рассказывает Борис Стругацкий в своей книге «Комментарии к пройденному», посвященной общему с братом творчеству:

«Все началось с того, что давным-давно, в совсем уж незапамятные времена, малолетний сынишка БН неожиданно для себя и для окружающих сочинил вдруг песенку-считалку:

Выкрикивая на разные лады эти странноватые и диковатые, недетские какие-то стишки, носился он по квартире, а БН смотрел на него и думал: «Черт побери, какие замечательные слова! Надо же как ловко придумал, паршивец. Отличный эпиграф может получиться к чему-нибудь. » И воображению его рисовались какие-то смутные картинки. какие-то страшные и несчастные чудовища. трагически одинокие и никому не нужные. уродливые, страждущие, ищущие человеческой приязни и помощи, но получающие вместо всего этого пулю от перепуганных, ничего не понимающих людей. »

Борис Натанович рассказал этот стишок своему брату, и вместе они придумали сюжет повести «Жук в муравейнике», затрагивающей такую сложную и актуальную по тем временам тему, как генная инженерия.

Что интересно, история стишка на этом не закончилась. Его автор, сын Бориса Натановича, Андрей, повзрослев, написал продолжение, таким образом, закончив стихотворение.

Стояли звери
Около двери.
В них стреляли,
Они умирали.

Но нашлись те, кто их пожалели,
Те, кто открыл зверям эти двери.
Зверей встретили песни и громкий смех.
А звери вошли и убили всех.

Как видим, смысл стишка категорическим образом поменялся. Первый вариант призывает к милосердию ко всему живому, даже изуродованному, даже страшному. Второй вариант — это жесткий реализм с налетом современного постмодернизма, как бы издевающийся над гуманистическими идеалами Стругацких и советской фантастики в целом.

Думаю, второй вариант братьям Стругацким не понравился бы.

Источник

«Все боялись — он экспериментировал». Что привнес Роман Виктюк в театр

Роман Виктюк, который умер 17 ноября в возрасте 84 лет, войдет в историю как тот, кто «открыл многие театральные двери», снимал табу и создавал уникальный, ни на что не похожий театр, говорят опрошенные РБК театральные деятели.

Режиссер поставил больше 200 спектаклей и снял десяток телефильмов. Он работал в театрах России, Украины, Латвии, Литвы, Финляндии, США, Италии, Греции и Израиля. Виктюк обращался в своих постановках к самым разным текстам вне зависимости от того, какая эпоха, какая страна становились временем и местом действия.

Театральный критик Павел Руднев в беседе с РБК назвал Романа Виктюка первооткрывателем литературы. «Очень мало режиссеров в мире и стране, которые впервые ставят тексты. Как правило, берут тексты, которые уже опробованы кем-то. Виктюк первым поставил Людмилу Петрушевскую, спектакль «Уроки музыки» был полузапрещенным когда-то. Он одним из первых ставит Александра Вампилова «Утиную охоту», он открывает Жана Жене», — рассказал он. Режиссер также первым поставил роман Федора Сологуба «Мелкий бес», пьесу Николая Коляды «Рогатка».

Руднев отметил, что Виктюк снимал с театра табу и «раскрепощал русского артиста». «Он первый показал тело — открытое, обнаженное, беспомощное или, наоборот, мощное, тело андрогинное, женское и мужское. Красота, которая исходит от тела, нежность и угроза — то, что он русскому театру подарил. Советский театр был очень целомудренным, и мы отставали от очень многих процессов на Западе. Виктюк показал, как тело может быть духовным», — сказал он.

По мнению критика, Виктюк всю свою карьеру был альтернативой тому, что было модно, что признавалось мейнстримом: «Он все время был особняком, как отдельно стоящее здание». Кроме того, режиссер был «всегда неугоден властям» и не работал по заданиям политических партий. «В 2014 году, в самом начале украинской войны, Виктюк ставит одну из самых ярких украинских пьес по чернобыльской проблеме Павла Арье, в которой не скрывает своей любви к Украине, заботы об украинском народе и российском, разумеется. Спектакль был насыщен украинскими песнями. Это был такой жест любви к стране, которая испытывает определенные перегрузки», — рассказал Руднев.

Алла Сигалова, хореограф первой версии спектакля «Служанки», в беседе с РБК отметила, что Виктюк войдет в историю как тот, кто делал «смелые вещи» и «первый открыл многие театральные двери». «Это был абсолютно ярчайший человек. Хулиган совершеннейший, которого иногда невозможно было остановить, смелый и рыщущий каким-то невероятным желанием жить, звать и поглощенный любовью к театру, к балету, к танцу, ко всему прекрасному, к такой особенной красоте. Невероятный человек, с ним всегда было интересно, но иногда страшно: он иногда делал вещи, которые противоречили всем тогдашним нормам поведения, и это было классно», — сказала она.

Виктюка называли скандалистом, провокатором — он не боялся говорить на темы, которые были под запретом, приветствовал чувственность, телесность, мог свободно обращаться с авторским текстом и с прототипами героев спектаклей. Женские роли в его спектаклях нередко играли мужчины, а музыка, хореография становились полноправными участниками постановок.

Новаторство Виктюка подчеркивает и актер, хореограф Егор Дружинин: «Тогда, когда все боялись, осторожничали, он экспериментировал очень смело. И те темы, которые он брал, — как бы исследования такого внутреннего мира, индивидуального мира человека. Его театр был очень эмоциональным и стильно оформленным, у него был свой почерк».

Актер Игорь Костолевский, работавший с Виктюком в фильме-спектакле «История кавалера де Грие и Манон Леско», отметил удивительную индивидуальность и яркость мастера. «Он создал абсолютно свой театр, ни на кого не похожий. И он сам, и его театр было большое явление, и я убежден, что это большая потеря. Человек он был удивительной индивидуальности, яркий, он был большой личностью. К сожалению, уходит эпоха. Это все как-то в одном ряду — и Жванецкий, и Джигарханян, и Виктюк. Я понимаю, что люди немолодые, но эти люди создавали культуру», — сказал он.

В разговоре с РБК театровед Алексей Бартошевич назвал театр Виктюка поэтическим и привел в пример абсолютно разные спектакли. «Я помню и вершину его искусства — это «Служанки», фантастически современный спектакль; и маленький спектакль по Петрушевской «Уроки музыки» в клубе МГУ много лет назад — предельно жизнеподобный, совершеннейший осколок реальности. Вот таким мог быть Виктюк», — отметил он.

Автор тех самых «Уроков музыки» драматург Людмила Петрушевская в разговоре с РБК вспомнила самое начало их общего с Виктюком театрального пути: «Рома был мой первый режиссер, который поставил мой спектакль. Рома обладал удивительным качеством притягивать к себе людей, это качество у него осталось на всю жизнь. «Уроки музыки», по-моему, вошли во все учебники истории театра современного, я присутствовала на каждом спектакле. Тогда он создал небывалое совершенно дело. Я бы это сравнила с умением Феллини в «Амаркорде» брать людей с улицы и делать из них великих актеров. Но у Феллини они потом редко появлялись, а с Ромой они оставались, и многие из них стали профессиональными актерами и заслуженными».

Читайте также:  Каркасная дверь для бани своими руками

Романа Виктюка похоронят в семейном склепе во Львове. Состоится ли прощание с режиссером в Москве, пока не известно

Источник

РЕВЕРС | Театр Мюзикла | Кольцов. Дрожжина

Делайте, что хотите – только так, чтобы нас не посадили!

Совершенно внезапно для себя узнал на днях, что в Московском Театре мюзикла​ появился некий спектакль » РЕВЕРС «. Спектакль, заинтересовывающий хотя бы тем, что он – почти «ночной» (проходит по пятницам и субботам, начинается в 23:00 и заканчивается около полуночи).

Поскольку предыдущий опыт с этим театром для меня был неоднозначным, я тут же начал наводить справки по знакомым.

Узнал следующее:

во время работы над своим самым масштабным проектом – мюзиклом-блокбастером «Принцесса Цирка», Театр обзавелся очень продвинутой акробатическо-цирковой труппой – труппой молодой, отважной, дерзкой, фактурной и прошедшей большую школу с мировыми лидерами жанра.

Собственно чтобы труппа не разбалтывалась, не теряла тонуса и блеска в глазах, руководство Театра и лично Михаил Швыдкой отважились выделить им для самореализации ресурсы на собственную постановку.

Так загадочный « РЕВЕРС » и возник, а режиссерами выступили также задействованные в «Принцессе цирка» – Андрей Кольцов​ и Ирина Дрожжина ​ (обладатели возможно самого богатого в нашей стране опыта как участия в мировых цирковых и акробатических программах, так и их постановок).

Такое отношение впечатлило очень. Нечасто у нас в руководстве крупных театральных институций встретишь такой адекватный подход.

Но поскольку никто из моих знакомых самого спектакля так и не видел, я полез штудировать информацию на официальном сайте. И чем больше читал, тем грустнее становилось выражение лица. Почти в каждом предложении значились ремарки «эксперимент», «на стыке жанров», «не вписывается в рамки», «стирает границы», «необычный спектакль», «театральная революция». Чем чаще эти эпитеты встречались, тем настороженнее становилось мое отношение и стремительнее угасал энтузиазм. Нет, вы не подумайте, я тоже регулярно грешу тяготением к «возвеличиванию величины», но не у себя же с собой и про себя.

В общем пролистывал я этот сайт и уже почти решил от похода воздержаться.

Как вдруг увидел видеоролик !

Ну, думаю, промо-видео сейчас мне последние сомнения и развеет.

Включаю его – а там оказывается репортаж канала НТВ. В принципе ничего удивительного. Театр Мюзикла активно пользуется ресурсами дружественных федеральных каналов (именно этими охватными маркетинговыми стратегиями во многом обилие таких ремарок про «стирание границ» и «не вписываемость в рамки» и оправдывается).

Но!
В конце видео появился вдруг сам Михаил Ефимович Швыдкой , который с присущим ему обаянием произнес дословно следующее:

«Наша миссия была крайне простой!
Мы дали им денег. И сказали: делайте, что хотите – только так, чтобы нас не посадили!».

Эта фраза меня буквально загипнотизировала.

Я просматривал этот фрагмент несколько раз. Вначале меня конечно вновь подкупила адекватность подхода руководства Театра. Но что-то же в этом «делайте, что хотите, но только так, чтобы нас не посадили!» есть нездоровое, не правда ли?

И пока этот отрывок прокручивался снова и снова, я представлял в какой непростой ситуации оказалась команда спектакля.

Сказать легко, но как именно сделать так, чтобы не посадили? В ситуации, когда посадить могут любого и за что угодно. И ладно, если еще тебя! Как сделать так, чтобы не посадили людей, в тебя поверивших?

Я думал о цензуре – явной и неявной. О проникновении «политических рисков» в «творческую свободу самовыражения». Много неприятных мыслей пронеслось в моей голове. Не дали в этой воронке погрязнуть два обстоятельства – нервный смех режиссера после этой тирады (слишком человечная и понятная реакция) и совершенно гениальная подпись к происходящему от канала НТВ, гласящая: » ЦИРК ПО-НОВОМУ «.

Пока я размышлял насколько это видео совершенно, насколько каждая его микродеталь идеально описывает современную Россию как один безразмерный «ЦИРК ПО-НОВОМУ», где ты «можешь делать все что, хочешь — только так, чтобы тебя не посадили», я понял одно: я должен это увидеть. Просто обязан увидеть что получилось. Что в итоге смогут предъявить дерзкие и талантливые ребята, которые с одной стороны – получили вот такую важную и значительную поддержку, а с другой – вот такое «зловещее напутствие».

И, честно признаться, приближаясь к зданию театра, я ожидал в лучшем случае увидеть некую историю о «невыносимо сложном и неблагодарном труде акробатов и цирковых артистов, где ты кладешь свое тело и здоровье на алтарь увеселения толпы», а в худшем – «карамельно-приторную историю о важности мира, любви и дружбы во всем мире и по всей земле». Иными словами, что-то максимально далекое от того, за что могут «посадить».

Собственно, я ошибся.

И ошибся сильно. Не знаю сознательно или нет, но постановщики из щекотливого положения вышли невероятно изящно и остроумно.

Первое, что невольно бросилось в глаза при входе – это необходимость каждому зрителю самостоятельно открывать себе дверь в зрительной зал. Не то, чтобы мы все, едва переступив порог театра, превращались в «господ» и «барыней», но прежде я даже не задумывался насколько это непривычный жест – самому открывать себе дверь в зрительный зал. Обычно же капельдинеры по-первому звонку торжественно распахивают двери, как-бы разрешая войти. Тут – разрешай себе сам (так и просится добавить: только так, чтобы нас не посадили).

Возможно этот незначительный жест замешательства у дверей благополучно бы забылся, но спектакль начался. Начался с того, что 15 человек вошли каждый через свою дверь. И эти двери за ними закрылись. Выхода больше нет. Исполнители заперты и изолированы в сценическом пространстве.

И если первые из них входят через бутафорские двери на сцене. То последние – через двери зрительного зала. Те самые, которые тебе лично пришлось самому себе открывать. Надо ли уточнять, что теперь эти двери также заперты и весь зал, сидя в креслах, оказывается закрытым и изолированным вместе с исполнителями.

Вы просили сделать так, «чтобы нас не посадили?». Окей, тогда давайте начнем с того, что «сами себя посадим».

Посадить того, кто уже сидит – несколько сложнее.

Не скажу, что ощущения от этого «запирания» возникают пугающие. Напрягает не столько сам жест, сколько какое-то остраненное безразличие к нему, обнаруживающаяся толерантность к «запертости». Свыкание с изолированностью – как отчетливый симптом наших реалий.

Но молодые, отважные, дерзкие и фактурные исполнители начинают проявлять резистентность. Они пытаются изнутри взломать закрытые снаружи двери. И, поняв всю тщетность усилий, начинают постепенно к изоляции адаптироваться.

Читайте также:  Как взломать замок пластиковой двери

Каждый из 15 исполнителей пытается по-своему в запертом пространстве освоиться. Кто-то молитвой, кто-то забившись в угол, кто-то, стремясь «вознестись над суетой», кто изматывая себя морально и изнашивая физически.

Но, конечно, в насильно изолированном обществе спертости становится все больше – назревают конфликты, возникают травли и неизбежно наступает соперничество за «более лучшие» условия пребывания в общей изоляции. Временами все происходящее окончательно начинает напоминать голдинговскую притчу про «Повелителя мух».

Выражены все эти попытки индивидуальными для каждого исполнителя акробатическими средствами.

Кто-то на пилоне, кто-то на трапеции, кто-то на батуте. В целом весь спектакль построен как переход одного этюда в другой, но при этом драматургически все разворачивается закономерно, и одно из другого вытекает.

А одна случайно встреченная знакомая, которой я привык доверять, поведала после, что эти этюды во многом не навязывались режиссерами. Что постановщики давали свободу выражения самим исполнителям. Предлагали каждому следующие условия: «вы вошли в дверь, она за вами захлопнулась, какие ваши действия? Передайте их через привычные для вас цирковые и акробатические средства». А потом уже эти этюды развивались и встраивались в единую общую историю.

Не знаю насколько это так, но если так, то это резко повышает градус и без того изящных решений режиссеров и выводит их работу на качественно новый уровень.

Дело в том, что среди исполнителей есть гимнасты, акробаты и цирковые артисты, которые от мира «актерской игры» довольно далеки. Их навык «существования в роли» – весьма условен. И драматическая неубедительность некоторых исполнителей в сложных сценах неизбежно становится заметной. Но, благодаря решению режиссеров отталкиваться от органики исполнителей, эта неубедительность перестает быть важной. Дистанция между персонажем и ролью изъята. Исполнитель не «играет», а предъявляет свою реакцию так, как он чувствует. Да, у этого есть минусы: где-то эта реакция банальна, где-то избыточно прямолинейна. В одном отдельном моменте – даже до неловкости пафосна. Но зато в других – сложна, объемна, нетривиальна.

Для меня, как человека от акробатического и циркового искусства далекого, было крайне важно уловить одно наблюдение:

почти весь спектакль исполнители демонстрируют зрелищные, опасные, виртуозные трюки один за другим, впечатляя возможностями человеческого тела. Но зал после каждого эффектно исполненного элемента (даже повышенной сложности или зрелищности) аплодисментами не взрывается. Для меня это – отчетливый показатель того, что спектакулярное в этой работе сложилось и победило цирковое. Что «РЕВЕРС» погружает в историю, а не демонстрирует набор трюковых этюдов. Возможно мне повезло с залом, конечно, но почти уверен, что не повезло.

Слабым местом, на мой субъективный взгляд, является именно маркетинг, заложником которого эта работа стала.

Поскольку, говоря откровенно, никакого «эксперимента на стыке жанров, не вписывающегося в рамки и стирающего границы» лично мне обнаружить не удалось. «Необычного спектакля» и «театральной революции» – тем более. Жанр, как мне кажется, здесь вполне конкретный – это именно «пластический спектакль». Спектакль крайне нарративный. С самой первой до самой последней секунды он рассказывает историю. Историю всеми считываемую и всеми однозначно воспринимаемую. Да, здесь есть метафоры изоляции не только как «ограничения свободы», но и как внутреннего замыкания в депрессии, отчаянии, любовном переживании – но они опять же понятны и доступны.

Сюжет в свою очередь довольно незатейливый, временами даже сентиментальный.

Наблюдать за тем, как каждый исполнитель справляется с запертостью гораздо интереснее самой истории, ее исходного события и финала. Но во многом именно такое решение делает этот спектакль живым и дышащим, а не «плохо сыгранным набором этюдов». Сюжет тут транслируется хореографией. А сама хореография опирается именно на акробатику.

В итоге лично я (возможно от того, что готовился к худшему) получил очень бодрый заряд и массу приятных неожиданностей. Некоторые сцены и визуальные композиции так вообще отпечатались в памяти именно своей эстетической красотой, а не акробатической виртуозностью.

Недостаток лично мной выявлен только один.

Но это вообще общая проблема всех российских театров, где проходят мюзиклы. Кажется, что у них – один звукорежиссер на всех. И он на полставки подрабатывает в «Олимпийском». Едва начинает звучать музыка, как вам не просто закладывает уши, а физически кресла и пол начинают вибрировать. Верхние частоты перегружены, звук буквально атакует слух и, что особенно печально, в этот момент блокирует другие органы восприятия происходящего. Не то, чтобы я звуковую атаку как театральный прием сильно любил в принципе (я даже ее скорее ненавижу), но когда она драматургически оправдана – у меня хотя бы досады не возникает.

К счастью, композитор Миша Мищенко написал очень тактичную музыку. Он функционально учел все необходимые исполнителям и постановщикам ритмы и при этом иллюстративно поддержал сюжет (в лирических моментах даже нарочито иллюстративно). И в конечном итоге живописность музыки побеждает испытание громкостью.

И еще нюанс.

Повторюсь: я в акробатическом искусстве – далеко не эксперт. Но есть в нем одна вещь, которая меня всегда приводит в праведный гнев. Это постоянный риск для жизни и здоровья исполнителей. Я знаю, что он «добровольный». Знаю, что иногда, когда я вижу какое-то сложнейшее сальто непосредственно на самой сцене, не могу оценивать его потенциальную травмоопасность, но когда кто-то без страховки взбирается под потолок и начинает там выполнять элементы – это для меня настолько травматичный опыт, что ладошки потеют и желание сбежать, чтобы не стать свидетелем «недоразумения» возникает само собой. На историю «вырваться из изоляции» пусть и ценой своей жизни – это работает. Художественно такие элементы в спектакле оправданы. Но если кто-то такой же впечатлительный, как и я – будьте к такому готовы. Страховок здесь нет.

Хотя еще перед началом спектакля вас предупредят не просто рядовой просьбой выключить телефоны, но и объявлением, что малейшая фотовспышка в зале может стать причиной крайне серьезных последствий.

К объявлению, к счастью, прислушиваются.

В целом же:

Ребята – большие молодцы. Очень красиво из непростого положения вышли. И художественно не «просели». Спектакль получился драйвовый. На афише пишут ограничение 18+, но это исключительно из-за позднего начала. Не бойтесь брать туда 13+. Именно пубертат – идеальная почва для прорастания этой истории.

А что касается позднего начала.
Во-первых, солнечные дни все длиннее.
Погода все лучше.
В Москве «мигающих убранств» все меньше.
Гулять все приятнее.
И возможность в театр заглянуть никуда не торопясь – очень кстати.

Не говоря уже о том, что этот спектакль очень мало в себе имеет от разгульного и легковесного «энтертейнмента», которым жанр мюзикла в принципе часто грешит. Его тема гораздо острее, а профессиональный риск исполнителей эту тему лишь обостряет. Так что придти именно в театр Мюзикла в сумрачное время, когда со сцены уже убрали все блестки и перья, оставшиеся от предыдущей постановки, и погрузиться в эту историю – особое очарование.

Источник

Поделиться с друзьями